Пролив у Фенноскандии
История вопроса о существовании морского пролива, отделившего Фенноскандию от материка во время позднеледниковой трансгрессии моря, имеет уже более чем вековую давность.
Мысль о существовании такого пролива высказывалась еще в 18 веке (В.Ф. Зуев). В 19-веке это предположение нашло подтверждение в виде находок в Средней Швеции глин с раковинами морских моллюсков, в том числе арктического Yoldia arctica Gray, обитающего сейчас в Ледовитом океане у берегов Гренландии и отсутствующего в водах Атлантики (Ловен, Эрдманн, Форхгаммер). Кроме того, в Балтийском море, а также в озерах Средней Швеции и Балтийско-Беломорского водораздела были обнаружены морские реликтовые животные - тюлени, рыбы, ракообразные, фораминиферы (Ловен, Яржинский, Кесслер, Мунте и др.) Мунте дал этому морю название иольдиевого.
Гипотезу пролива приняли Г. Де Геер [De Geer, G., 1894], X. Бергхелл [Berghell, 1896], В. Рамсей [Ramsay, 1896] и другие финские геологи. Изучая положение береговых уровней Иольдиевого моря на юго-востоке Финляндии, Де Геер провел изобазу их поднятия к северу от Ленинграда на высоте 60 м, а В. Рамсей на 50 м. Распространив затем свои наблюдения на Карелию и Кольский полуостров, В. Рамсей [Ramsay, 1898, 1904, 1905] дал схему хода изобаз поднятия береговых уровней Иольдиевого моря и для этой местности.
В Ленинграде, в уступе 16-метровой террасы парка Лесного института и Кушелевки С.А. Яковлев [1926, стр. 133] обнаружил постепенный переход кверху ленточных глин приледникового озера в супеси с морскими диатомеями и счел эти супеси за осадки Иольдиевого моря. При этом он высказался за длительность морской фазы позднеледникового бассейна (стр. 143-144) и за признание существования в это время соединения Белого и Балтийского морей, так как без проникновения соленых вод с востока, при наличии связи с океаном только через проливы Средней Швеции, трудно объяснить наличие соленых вод в области Финского залива.
Подобные же супеси с морскими диатомовыми были найдены Е.Н. Дьяконовой-Савельевой [1928] и Б.Ф. Земляковым у г. Повенца, в основании террасы, на абсолютной высоте около 40 м. Другие находки морских отложений, лежащих на поверхности, были сделаны ими, а позднее также М.А. Лавровой, С.В. Яковлевой, Е.М. Можейко, Г.И. Горецким, И.М. Покровской на Сегозере и в других местах Онего-Беломорского и Онежско-Ладожского водоразделов. Эти факты позволили указанным исследователям присоединиться к гипотезе соединения Белого и Балтийского морей во время позднеледниковой трансгрессии.
В ее пользу говорили и новые данные о широком распространении морских реликтов в озерах Карелии и Кольского полуострова [Верещагин, 1925; Вислоух, Кольбе, 1927 и др.].
Ботаник И. Цинзерлинг [1934] выступил в поддержку гипотезы пролива, обосновывая это распространением на современных дюнах, развитых по берегам Выг и Сегозера, Онежского, Ладожского и Чудского озер, растений, современные ареалы которых находятся в Заполярье.
С другой стороны, однако, В. Рамсей [Ramsay, 1928], пересмотрев свои прежние представления, отнес высоко поднятые береговые уровни к Балтийскому ледниковому озеру и отказался от идеи пролива. Такого же взгляда придерживался и М. Саурамо [Sauramo, 1929], точку зрения которого принял К.К. Марков [1933], Э. Хюппя и большинство геологов, в том числе и М.А. Лаврова.
В 1928 г. Мунте (Munthe) высказал предположение о двухфазности иольдиевого моря, объяснявшейся повторным наступанием ледника, закрывшего пролив в области Дегерфорса, изолировав от океана область приледникового озера. Со временем I Иольдиевого моря он связал образование описанных С.А. Яковлевым [1926] супесей в террасе Лесного парка в Ленинграде, с чем согласился и С.А. Яковлев [1934, стр. 289].
В дальнейшем же выводы В. Рамсея заставили Г. Мунте отказаться от своих взглядов и он придерживался с тех пор концепции противников пролива, до конца своих дней.
В эти же годы финские геологи [Нууррä, 1936; Kilpi, 1937], на основании находок в позднеледниковых отложениях морских диатомовых, провели узкий глубокий залив Иольдиевого моря в восточной Финляндии, вдоль высот Маанселькя, сток которого рисовался по долине р. Кеми, в сторону Белого моря.
Много дали для окончательного решения проблемы пролива наблюдения К. Мельдера, Э. Хюппя и В. Окко. На севере Онежско-Ладожского перешейка К. Мельдер [Mölder, 1944], изучив состав диатомовых в водных отложениях, лежащих на немой морене и флювиогляциальных осадках в долине р. Шуи, на абсолютной отметке до 130 м, т.е. на 20 м выше уровня, принимавшегося Саурамо для Иольдиевого моря к северо-востоку от Ладожского озера, пришел к выводу о внезапном проникновении соленых вод с северо-востока, из Белого моря, принесших галофитов в озера, заселенные пресноводными формами диатомовых. Если бы осолонение бассейна шло постепенно, состав последних должен был меняться не внезапно, а с появлением солоноватоводных видов. В пределах пролива по р. Шуе К. Мельдер выявил опресненные участки, представлявшие собою заливы, заселенные пресноводной флорой.
Э. Хюппя [Нууррä, 1943] проследил волноприбойные линии позднеледникового морского бассейна до восточной Финляндии, где они достигают 138 м абсолютных отметок, и увязал их с уровнями, замеренными Б.Ф. Земляковым [1936] на северо-западном побережье Онежского озера.
В начале 50-х годов были опубликованы работы ихтиологов, в которых, на основании изучения современного распространения некоторых видов рыб, подтверждалась идея позднеледникового Балтийско-Беломорского пролива [Богоров, 1950: Новиков, 1951; Зенкевич, 1955].
Для южной Финляндии Эбба Де Геер [De Geer, 1954] установила, по изменению с запада на восток диатактовой структуры ленточных глин на симмиктовую, двукратное проникновение в Балтику морских вод с северо-востока в позднеледниковое время. Под напором этих фактов М. Саурамо [Sauramo, 1947, 1958] также склонился к признанию существования позднеледникового соединения Балтийского моря с Белым. Но Г.С. Бискэ [1955, 1959], Г.Ц. Лак и Г.И. Горецкий [1951] продолжают отстаивать мысль о том, что все морские и солоноватоводные диатомовые в позднеледниковых отложениях Карелии являются переотложенными, или же вообще отрицают их наличие, не приводя в обоснование своих выводов никакого фактического материала.
В последние годы, в связи с дискуссионностью вопроса, при проведении геологических исследований на Онежско-Ладожском перешейке, было обращено особое внимание на изучение осадков водного происхождения в зоне морского пролива, намеченного еще в тридцатые годы Б.Ф. Земляковым [1936, 1941] и И.М. Покровской. Наиболее детально был обследован район Онежско-Ладожского водораздела, охватывающий среднюю часть бассейна р. Шуи с озерами Сям-озеро, Ведлозеро и Свят-озеро. Широким распространением там пользуются разнозернистые преимущественно средне- и мелкозернистые пески, илистые суглинки и, реже, глины. Осадки хорошо отсортированы обычно с ясной горизонтальной или наклонной слоистостью, что свидетельствует об их отложении в водном бассейне. Площади распространения и гипсометрические положения поверхности отложений позволяют сделать вывод об обширности этого бассейна и небольшой его глубине. Абсолютные высоты залегания его отложений колеблются от 86 до 138 м. Слоистые пески, суглинки и глины являются здесь наиболее молодыми геологическими образованиями. Залегают они на верхней морене, которая местами выходит на дневную поверхность, и перекрываются, на отдельных участках, современными торфяниками.
...
Наиболее низкое гипсометрическое положение 86,0 м занимает разрез к северо-западу от с. Пряжа, вскрывший толщу переслаивания неяснослоистых суглинков с ленточными глинами довольно отчетливой диатактовой структуры. По всему разрезу присутствуют пресноводные и солоноватоводные диатомовые, среди комплекса которых постоянно, но в большинстве случаев единично, обнаруживаются морские формы. В отдельных образцах отмечается до семнадцати морских видов. Диатомовые отсутствуют лишь в нижней ясно-ленточной части толщи на глубине 10,0 м. Выше, в ленточных глинах и слоистых суглинках, диатомовые содержатся в незначительном количестве. Лишь Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll. имеет оценку «единично» и «редко». Отмечено до 6-9 морских видов. Начиная от 7,5 м по разрезу количество диатомовых увеличивается до 53-70 видов в одном образце. Преимущественное развитие имеет флора, характерная для холодного водоема.
Наиболее часто встречаются пресноводно-солоноватоводные формы: Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll., Diploneis elliptica (Ktz.) Cl., D. Meyeri Skabitsch., Caloneis bacillum (Grun.) Mer., Amphora ovalis Ktz. и многие другие виды, такие, как Navicula, Pinnularia, Cymbella. Морские и солоноватоводные диатомовые, в некоторых образцах от 9 до 17 видов, присутствуют по всему разрезу, за исключением его самой верхней части. С оценкой «редко» отмечаются Melosira sulcata (Ehr.) Ktz., споры Chaetoceros sp., Grammatophora sp. (септы). Постоянно встречаются единичные экземпляры Hyalidiscus scoticus (Ktz.) Grun., Thalassiosira gravida Cl., Coscinodiscus lacustris var. Septentrionalis Grun., С. curvatulus Grun., обломки видов Coscinodiscus, Actinoptychus undulatus (Bail.) Ralfs., Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., солоноватоводные виды Diploneis, из силикофлагеллят - Distephanus speculum Haeckel. Приведенные данные характерны для сильно опресненной части холодного моря.
...
В том же районе, у с. Киндасово, близ р. Шуи, на высоте 92,0 м была вскрыта 11-метровая пачка переслаивания супесей, суглинков, ленточных глин и слоистых песков. В данном разрезе обнаружено тридцать четыре вида и разновидностей диатомовых. Наибольшее количество их сосредоточено на глубинах 10,1 м и от 2 до 2,7 м. В средней части разреза - от 3,0 до 8,9 м - содержатся лишь единичные обломки диатомовых, в верхней же - от 0,0 до 1,0 м - диатомовых обнаружено не было.
В нижней части толщи (глубина 10,1) из восьми видов диатомовых пять морских и три пресноводных. Среди морских были отмечены: Melosira sulcata (Ehr.) Ktz.; M. sulcata var. biseriata Grun.; Grammatophora arcuata Ehr. Из пресноводных, с оценкой «нередко», отмечена Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll. На глубине от 2 до 2,7 м определено 28 видов диатомовых, из них 70% пресноводных с оценкой «нередко» и «часто»; отмечается Amphora ovalis Ktz., с оценкой «редко» Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll; другие же формы встречаются единично. Среди морских и солоноватоводных диатомовых, составляющих 30% от общего количества, обнаружены: Hyalodiscus scoticus Ktz., Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., Grammatophora oceanica Ehr., Thalassiosira antiqua Cl.; Coscinodiscus lacustris Grun.; Cocconeis scutellum Ehr.; Diploneis interrupta (Ktz.) Cl., Nitzschia scalaris (Ehr.) W. Sm,. Campilodiscus echeneis Ehr. и др. Интересно отметить, что самая верхняя часть толщи, не содержащая диатомовых, оказалась «немой» и в палинологическом отношении, для нижележащей же толщи, с глубины 2,5 м до 10,1 м, получен однообразный довольно холодный спектр.
Весьма интересным оказался разрез песчано-глинистых безвалунных слоистых осадков, вскрытых в окрестностях с. Риго-сельга, на абсолютной высоте 100,0 м. Диатомовая флора более или менее однородна по всему разрезу, на глубину от 3,0 до 10,4 м. На этом интервале в осадках было обнаружено 29 видов и разновидностей диатомовых и 2 вида силикофлагеллят. Во всех образцах морские формы встречаются в большем количестве, чем пресноводные (до 77%). Среди морских обнаружены: Melosira sulcata (Ehr.) Kütz., M. sulcata var. biseriata Grun., M. sulcata var. crenulata Grun., Stephanopyxis turris (Grev. et Arn.) Ralfs, Thalassiosira gravida Cl., Coscinodiscus curvatulus Grun., Actinoptychus undulatus (Bail.) Ralfs, Actinocyclus Ehrenbergii Ralfs, Grammatophora sp., Diploneis subcincta (A. S.) Cl. и др. Из солоноватоводных - морских форм отмечены - Diploneis didyma (Ehr.) Cl., D. Smithii (Breb.) Cl., Navicula punctatula W. Sm.
Все формы имеют оценку «единично» и лишь Melosira sulcata (Ehr.) Ktz. + var. и Aktinoptychus undulatus (Bail.) Ralfs, а также пресноводные - Melosira islandica subsp. helvetica O. Müll, и M. scabrosa Oestr. имеют оценку «редко».
Среди пресноводных к холодолюбивым относятся формы: Melosira arenaria Moore, М. scabrosa Oestr., Cyclotella comta (Ehr.) Ktz., Cocconeis disculus (Schum.) Cl., Navicula amphibola Cl., Pinnularia lata (Breb.) W. Sm.
Исходя из комплекса диатомовых Р.Н. Джиноридзе, производившая диатомовый анализ, приходит к выводу о том, что такой комплекс флоры мог развиваться в соленом бассейне, в который имели доступ холодные пресные воды.
Палинологическая характеристика отложений подтверждает такой вывод. По всему разрезу был обнаружен спектр лесного типа со значительной примесью пыльцы травянистых растений и спор (рис. 4). Среди древесной пыльцы Betula секций Albae и Nanae составляет 40-60%, Pinus - 15-35%, Alnus - 1-28% и Picea - до 10%.
...
Наиболее высокое гипсометрическое положение (135-137 м) занимает разрез, вскрытый бурением на северо-восточном берегу Свят-озера. По составу диатомовых толща тонко- и мелкозернистых песков с отчетливой горизонтальной слоистостью может быть разделена на три горизонта: нижний с глубины 11,5 до 8,0 м, средний - от 7,0 до 6,5 м и верхний - от 5,5 до 0,5 м.
В нижнем горизонте в большом количестве встречаются пресноводно-солоноватоводная Cymatopleura elliptica (Breb.) W. Sm. и пресноводная Diploneis Meyeri Scabitsch. Морские и солоноватоводные диатомовые не многочисленны. Среди морских отмечаются: Melosira sulcata (Ehr.) Kütz., Actionoptychus undulatus (Bail.) Ralfs, Grammatophora sp. эвригалинная Diploneis Smithii (Breb.) Cl. Средний горизонт диатомовых не содержит.
В верхнем горизонте количество морских и солоноватоводных видов возрастает. Кроме отмеченных в нижнем горизонте, здесь обнаружены: Thalassiosira gravida Cl., Chaetoceros sp., Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., Grammatophora sp., Diploneis didyma (Ehr.) Cl., D. marginestriata Hust. По количеству пресноводные и пресноводно-солоноватоводные диатомовые преобладают над морскими.
Весь комплекс диатомовых и особенно увеличение числа морских и солоноватоводных форм хорошей сохранности, свидетельствуют о накоплении осадков в опресненном морском бассейне. Присутствие Cyclotella comta (Ehr.) Ktz., Eunotia praerupta Ehr., Navicula amphibola Cl., Pinnularia lata (Breb.) W. Sm. и др., указывает на холодный температурный режим водоема. Состав спор и пыльцы также свидетельствует о том, что осадкообразование происходило в условиях холодного и влажного климата.
Морские и солоноватоводные диатомовые были обнаружены во всех разрезах поверхностных отложений, вскрытых к северу от р. Шуи, между озерами Вагат-озером и Сям-озером. Наиболее интересным в отношении состава диатомовых является разрез песков и супесей, перекрытых торфом, лежащий на абсолютной высоте 98,0 м, близ с. Рубчайлы. В минеральных осадках с глубины от 8,0 до 11,0 м диатомовая флора бедна видами. Самой высокой оценкой «нередко» отмечена только Меlosira islandica subsp. helvetica О. Müll. С оценкой «редко», до 20 форм в пробе, встречены морские Melosira sulcata (Ehr.) Ktz., Grammatophora oceanica (Ehr.) Grun., и пресноводная Opephora Martyi Herib. Кроме этих форм из представителей солоноватоводно - морской группы с оценкой «единично» отмечаются Grammatophora arcuata Ehr., Cocconeis scutellum Ehr., Diplones Smithii (Breb.) Cl., Nitzschia navicularis (Breb.) Grun., N. punctata (W. Sm.) Grun., Campylodiscus clypeus Ehr., C. echeneis Ehr. В составе флоры присутствуют холодолюбивые формы: Melosira scabrosa Oestr., Navicula amphibola Cl., Pinnularia borealis Ehr., P. lata (Breb.) W. Sm. и др.
В пробе торфа определено 64 вида и разновидностей пресноводных диатомовых преимущественно холодолюбивых.
К сожалению, пыльцевой анализ дал мало выразительные результаты, не позволяющие судить о характере климата времени формирования этих осадков в данном разрезе. Этот пробел в значительной мере компенсируется материалами по разрезу, вскрытому бурением в десяти километрах к югу от с. Сям-озеро, приуроченному к той же аккумулятивной равнине, сложенной осадками водного происхождения, как и вышеописанные слои. Как видно на диаграмме (рис. 5), нижняя песчаная часть толщи характеризуется холодным спектром. Некоторое потепление наступает лишь в период образования верхнего глинистого слоя. Содержание диатомовых в осадках этого разреза не велико - от 1 до 6 форм в пробе и только на глубине 2,0 м встречено шестьдесят три вида, 28% из числа которых представлены морскими и солоноватоводными.
В заключение описания фактического материала следует сказать, что наряду с детальным изучением поверхностных отложений исследовались и более глубокие слои четвертичных отложений Онежско-Ладожского водораздела.
В районе между озерами Святозером и Ведлозером, включая среднее течение р. Важинки, были пробурены глубокие структурные скважины, вскрывшие четвертичные отложения на глубину до ста метров. В результате установлено сложное, многослойное чередование ледниковых и межледниковых осадков водного происхождения. Е.А. Черемисинова, изучавшая диатомовые из образцов керна этих скважин, морские виды обнаружила только в одном пункте, в верхней межледниковой толще у с. Верхне-Важинского, в среднем течении р. Важинки, за пределами границ площади, показанной на рис. 1. В своем заключении она отмечает, что остатки морской флоры обнаружены лишь на глубине 13,0-13,5 м. В состав комплекса входят: Thalassiosira gravida Cl., Actinoptichus undulatus (Bail.) Ralfs., Coscinodiscus curvatulus v. minor Ehr.) Grun., C. sp., Chaetoceros Clevei Schutt, Ch. mitra (Bail.) Cl., споры Chaetoceros, Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., Rh. arcuatum v. robusta (Grun.) Hust., Thalassionema nitzshioides Grun., Distephanus speculum (Ehr.) Haeckel, Dictiocha fibula Ehr., Grammatophora sp. Солоноводные Campylodiscus echeneis Ehr. Пресноводные и пресноводно-соловодные: Melosira arenaria Moore, M. scabrosa Ostr., Diploneis elliptica (Ktz.) Cl., Pinnularia sp. sp. и неопределимые обломки из кл. Pennatae. Все морские, солоноводные и солоновато-водные формы встречаются с оценкой «единично» и только Thalassiosira gravida Cl. (споры) с оценкой - «часто». Е.А. Черемисинова обращает внимание на то, что в осадках, залегающих выше и ниже описанного слоя, морские диатомовые полностью отсутствуют и лишь на глубине 9,0-9,5 м обнаружены единичные пресноводные формы. Морена, покрывающая межледниковые отложения, в этом разрезе диатомовых вообще не содержит. Из приведенных выше материалов, характеризующих надморенные водные осадки, видно, что в нижних частях разрезов морские диатомовые обнаруживаются редко. Отсутствие диатомовых в верхней морене и озерно-ледниковых отложениях, подстилающих толщу, заключающую остатки морской флоры, констатировали Б.Ф. Земляков и И.М. Покровская [1941], а также финские геологи, проводившие здесь исследования в сороковых годах. Приводимые данные полностью исключают возможность занесения морских диатомовых в поверхностные отложения из нижележащих морских межледниковых отложений.
Все эти факты свидетельствуют о морском происхождении поверхностных безвалунных осадков, широко распространенных в наиболее высоких частях Онежско-Ладожского водораздела. Новые разрезы в значительной мере дополняют материал о границах распространения морского пролива, тем более, что они приурочены к району, где в озерах пока не обнаружена реликтовая морская фауна.
Мысль о существовании такого пролива высказывалась еще в 18 веке (В.Ф. Зуев). В 19-веке это предположение нашло подтверждение в виде находок в Средней Швеции глин с раковинами морских моллюсков, в том числе арктического Yoldia arctica Gray, обитающего сейчас в Ледовитом океане у берегов Гренландии и отсутствующего в водах Атлантики (Ловен, Эрдманн, Форхгаммер). Кроме того, в Балтийском море, а также в озерах Средней Швеции и Балтийско-Беломорского водораздела были обнаружены морские реликтовые животные - тюлени, рыбы, ракообразные, фораминиферы (Ловен, Яржинский, Кесслер, Мунте и др.) Мунте дал этому морю название иольдиевого.
Гипотезу пролива приняли Г. Де Геер [De Geer, G., 1894], X. Бергхелл [Berghell, 1896], В. Рамсей [Ramsay, 1896] и другие финские геологи. Изучая положение береговых уровней Иольдиевого моря на юго-востоке Финляндии, Де Геер провел изобазу их поднятия к северу от Ленинграда на высоте 60 м, а В. Рамсей на 50 м. Распространив затем свои наблюдения на Карелию и Кольский полуостров, В. Рамсей [Ramsay, 1898, 1904, 1905] дал схему хода изобаз поднятия береговых уровней Иольдиевого моря и для этой местности.
В Ленинграде, в уступе 16-метровой террасы парка Лесного института и Кушелевки С.А. Яковлев [1926, стр. 133] обнаружил постепенный переход кверху ленточных глин приледникового озера в супеси с морскими диатомеями и счел эти супеси за осадки Иольдиевого моря. При этом он высказался за длительность морской фазы позднеледникового бассейна (стр. 143-144) и за признание существования в это время соединения Белого и Балтийского морей, так как без проникновения соленых вод с востока, при наличии связи с океаном только через проливы Средней Швеции, трудно объяснить наличие соленых вод в области Финского залива.
Подобные же супеси с морскими диатомовыми были найдены Е.Н. Дьяконовой-Савельевой [1928] и Б.Ф. Земляковым у г. Повенца, в основании террасы, на абсолютной высоте около 40 м. Другие находки морских отложений, лежащих на поверхности, были сделаны ими, а позднее также М.А. Лавровой, С.В. Яковлевой, Е.М. Можейко, Г.И. Горецким, И.М. Покровской на Сегозере и в других местах Онего-Беломорского и Онежско-Ладожского водоразделов. Эти факты позволили указанным исследователям присоединиться к гипотезе соединения Белого и Балтийского морей во время позднеледниковой трансгрессии.
В ее пользу говорили и новые данные о широком распространении морских реликтов в озерах Карелии и Кольского полуострова [Верещагин, 1925; Вислоух, Кольбе, 1927 и др.].
Ботаник И. Цинзерлинг [1934] выступил в поддержку гипотезы пролива, обосновывая это распространением на современных дюнах, развитых по берегам Выг и Сегозера, Онежского, Ладожского и Чудского озер, растений, современные ареалы которых находятся в Заполярье.
С другой стороны, однако, В. Рамсей [Ramsay, 1928], пересмотрев свои прежние представления, отнес высоко поднятые береговые уровни к Балтийскому ледниковому озеру и отказался от идеи пролива. Такого же взгляда придерживался и М. Саурамо [Sauramo, 1929], точку зрения которого принял К.К. Марков [1933], Э. Хюппя и большинство геологов, в том числе и М.А. Лаврова.
В 1928 г. Мунте (Munthe) высказал предположение о двухфазности иольдиевого моря, объяснявшейся повторным наступанием ледника, закрывшего пролив в области Дегерфорса, изолировав от океана область приледникового озера. Со временем I Иольдиевого моря он связал образование описанных С.А. Яковлевым [1926] супесей в террасе Лесного парка в Ленинграде, с чем согласился и С.А. Яковлев [1934, стр. 289].
В дальнейшем же выводы В. Рамсея заставили Г. Мунте отказаться от своих взглядов и он придерживался с тех пор концепции противников пролива, до конца своих дней.
В эти же годы финские геологи [Нууррä, 1936; Kilpi, 1937], на основании находок в позднеледниковых отложениях морских диатомовых, провели узкий глубокий залив Иольдиевого моря в восточной Финляндии, вдоль высот Маанселькя, сток которого рисовался по долине р. Кеми, в сторону Белого моря.
Много дали для окончательного решения проблемы пролива наблюдения К. Мельдера, Э. Хюппя и В. Окко. На севере Онежско-Ладожского перешейка К. Мельдер [Mölder, 1944], изучив состав диатомовых в водных отложениях, лежащих на немой морене и флювиогляциальных осадках в долине р. Шуи, на абсолютной отметке до 130 м, т.е. на 20 м выше уровня, принимавшегося Саурамо для Иольдиевого моря к северо-востоку от Ладожского озера, пришел к выводу о внезапном проникновении соленых вод с северо-востока, из Белого моря, принесших галофитов в озера, заселенные пресноводными формами диатомовых. Если бы осолонение бассейна шло постепенно, состав последних должен был меняться не внезапно, а с появлением солоноватоводных видов. В пределах пролива по р. Шуе К. Мельдер выявил опресненные участки, представлявшие собою заливы, заселенные пресноводной флорой.
Э. Хюппя [Нууррä, 1943] проследил волноприбойные линии позднеледникового морского бассейна до восточной Финляндии, где они достигают 138 м абсолютных отметок, и увязал их с уровнями, замеренными Б.Ф. Земляковым [1936] на северо-западном побережье Онежского озера.
В начале 50-х годов были опубликованы работы ихтиологов, в которых, на основании изучения современного распространения некоторых видов рыб, подтверждалась идея позднеледникового Балтийско-Беломорского пролива [Богоров, 1950: Новиков, 1951; Зенкевич, 1955].
Для южной Финляндии Эбба Де Геер [De Geer, 1954] установила, по изменению с запада на восток диатактовой структуры ленточных глин на симмиктовую, двукратное проникновение в Балтику морских вод с северо-востока в позднеледниковое время. Под напором этих фактов М. Саурамо [Sauramo, 1947, 1958] также склонился к признанию существования позднеледникового соединения Балтийского моря с Белым. Но Г.С. Бискэ [1955, 1959], Г.Ц. Лак и Г.И. Горецкий [1951] продолжают отстаивать мысль о том, что все морские и солоноватоводные диатомовые в позднеледниковых отложениях Карелии являются переотложенными, или же вообще отрицают их наличие, не приводя в обоснование своих выводов никакого фактического материала.
В последние годы, в связи с дискуссионностью вопроса, при проведении геологических исследований на Онежско-Ладожском перешейке, было обращено особое внимание на изучение осадков водного происхождения в зоне морского пролива, намеченного еще в тридцатые годы Б.Ф. Земляковым [1936, 1941] и И.М. Покровской. Наиболее детально был обследован район Онежско-Ладожского водораздела, охватывающий среднюю часть бассейна р. Шуи с озерами Сям-озеро, Ведлозеро и Свят-озеро. Широким распространением там пользуются разнозернистые преимущественно средне- и мелкозернистые пески, илистые суглинки и, реже, глины. Осадки хорошо отсортированы обычно с ясной горизонтальной или наклонной слоистостью, что свидетельствует об их отложении в водном бассейне. Площади распространения и гипсометрические положения поверхности отложений позволяют сделать вывод об обширности этого бассейна и небольшой его глубине. Абсолютные высоты залегания его отложений колеблются от 86 до 138 м. Слоистые пески, суглинки и глины являются здесь наиболее молодыми геологическими образованиями. Залегают они на верхней морене, которая местами выходит на дневную поверхность, и перекрываются, на отдельных участках, современными торфяниками.
...
Наиболее низкое гипсометрическое положение 86,0 м занимает разрез к северо-западу от с. Пряжа, вскрывший толщу переслаивания неяснослоистых суглинков с ленточными глинами довольно отчетливой диатактовой структуры. По всему разрезу присутствуют пресноводные и солоноватоводные диатомовые, среди комплекса которых постоянно, но в большинстве случаев единично, обнаруживаются морские формы. В отдельных образцах отмечается до семнадцати морских видов. Диатомовые отсутствуют лишь в нижней ясно-ленточной части толщи на глубине 10,0 м. Выше, в ленточных глинах и слоистых суглинках, диатомовые содержатся в незначительном количестве. Лишь Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll. имеет оценку «единично» и «редко». Отмечено до 6-9 морских видов. Начиная от 7,5 м по разрезу количество диатомовых увеличивается до 53-70 видов в одном образце. Преимущественное развитие имеет флора, характерная для холодного водоема.
Наиболее часто встречаются пресноводно-солоноватоводные формы: Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll., Diploneis elliptica (Ktz.) Cl., D. Meyeri Skabitsch., Caloneis bacillum (Grun.) Mer., Amphora ovalis Ktz. и многие другие виды, такие, как Navicula, Pinnularia, Cymbella. Морские и солоноватоводные диатомовые, в некоторых образцах от 9 до 17 видов, присутствуют по всему разрезу, за исключением его самой верхней части. С оценкой «редко» отмечаются Melosira sulcata (Ehr.) Ktz., споры Chaetoceros sp., Grammatophora sp. (септы). Постоянно встречаются единичные экземпляры Hyalidiscus scoticus (Ktz.) Grun., Thalassiosira gravida Cl., Coscinodiscus lacustris var. Septentrionalis Grun., С. curvatulus Grun., обломки видов Coscinodiscus, Actinoptychus undulatus (Bail.) Ralfs., Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., солоноватоводные виды Diploneis, из силикофлагеллят - Distephanus speculum Haeckel. Приведенные данные характерны для сильно опресненной части холодного моря.
...
В том же районе, у с. Киндасово, близ р. Шуи, на высоте 92,0 м была вскрыта 11-метровая пачка переслаивания супесей, суглинков, ленточных глин и слоистых песков. В данном разрезе обнаружено тридцать четыре вида и разновидностей диатомовых. Наибольшее количество их сосредоточено на глубинах 10,1 м и от 2 до 2,7 м. В средней части разреза - от 3,0 до 8,9 м - содержатся лишь единичные обломки диатомовых, в верхней же - от 0,0 до 1,0 м - диатомовых обнаружено не было.
В нижней части толщи (глубина 10,1) из восьми видов диатомовых пять морских и три пресноводных. Среди морских были отмечены: Melosira sulcata (Ehr.) Ktz.; M. sulcata var. biseriata Grun.; Grammatophora arcuata Ehr. Из пресноводных, с оценкой «нередко», отмечена Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll. На глубине от 2 до 2,7 м определено 28 видов диатомовых, из них 70% пресноводных с оценкой «нередко» и «часто»; отмечается Amphora ovalis Ktz., с оценкой «редко» Melosira islandica subsp. helvetica О. Müll; другие же формы встречаются единично. Среди морских и солоноватоводных диатомовых, составляющих 30% от общего количества, обнаружены: Hyalodiscus scoticus Ktz., Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., Grammatophora oceanica Ehr., Thalassiosira antiqua Cl.; Coscinodiscus lacustris Grun.; Cocconeis scutellum Ehr.; Diploneis interrupta (Ktz.) Cl., Nitzschia scalaris (Ehr.) W. Sm,. Campilodiscus echeneis Ehr. и др. Интересно отметить, что самая верхняя часть толщи, не содержащая диатомовых, оказалась «немой» и в палинологическом отношении, для нижележащей же толщи, с глубины 2,5 м до 10,1 м, получен однообразный довольно холодный спектр.
Весьма интересным оказался разрез песчано-глинистых безвалунных слоистых осадков, вскрытых в окрестностях с. Риго-сельга, на абсолютной высоте 100,0 м. Диатомовая флора более или менее однородна по всему разрезу, на глубину от 3,0 до 10,4 м. На этом интервале в осадках было обнаружено 29 видов и разновидностей диатомовых и 2 вида силикофлагеллят. Во всех образцах морские формы встречаются в большем количестве, чем пресноводные (до 77%). Среди морских обнаружены: Melosira sulcata (Ehr.) Kütz., M. sulcata var. biseriata Grun., M. sulcata var. crenulata Grun., Stephanopyxis turris (Grev. et Arn.) Ralfs, Thalassiosira gravida Cl., Coscinodiscus curvatulus Grun., Actinoptychus undulatus (Bail.) Ralfs, Actinocyclus Ehrenbergii Ralfs, Grammatophora sp., Diploneis subcincta (A. S.) Cl. и др. Из солоноватоводных - морских форм отмечены - Diploneis didyma (Ehr.) Cl., D. Smithii (Breb.) Cl., Navicula punctatula W. Sm.
Все формы имеют оценку «единично» и лишь Melosira sulcata (Ehr.) Ktz. + var. и Aktinoptychus undulatus (Bail.) Ralfs, а также пресноводные - Melosira islandica subsp. helvetica O. Müll, и M. scabrosa Oestr. имеют оценку «редко».
Среди пресноводных к холодолюбивым относятся формы: Melosira arenaria Moore, М. scabrosa Oestr., Cyclotella comta (Ehr.) Ktz., Cocconeis disculus (Schum.) Cl., Navicula amphibola Cl., Pinnularia lata (Breb.) W. Sm.
Исходя из комплекса диатомовых Р.Н. Джиноридзе, производившая диатомовый анализ, приходит к выводу о том, что такой комплекс флоры мог развиваться в соленом бассейне, в который имели доступ холодные пресные воды.
Палинологическая характеристика отложений подтверждает такой вывод. По всему разрезу был обнаружен спектр лесного типа со значительной примесью пыльцы травянистых растений и спор (рис. 4). Среди древесной пыльцы Betula секций Albae и Nanae составляет 40-60%, Pinus - 15-35%, Alnus - 1-28% и Picea - до 10%.
...
Наиболее высокое гипсометрическое положение (135-137 м) занимает разрез, вскрытый бурением на северо-восточном берегу Свят-озера. По составу диатомовых толща тонко- и мелкозернистых песков с отчетливой горизонтальной слоистостью может быть разделена на три горизонта: нижний с глубины 11,5 до 8,0 м, средний - от 7,0 до 6,5 м и верхний - от 5,5 до 0,5 м.
В нижнем горизонте в большом количестве встречаются пресноводно-солоноватоводная Cymatopleura elliptica (Breb.) W. Sm. и пресноводная Diploneis Meyeri Scabitsch. Морские и солоноватоводные диатомовые не многочисленны. Среди морских отмечаются: Melosira sulcata (Ehr.) Kütz., Actionoptychus undulatus (Bail.) Ralfs, Grammatophora sp. эвригалинная Diploneis Smithii (Breb.) Cl. Средний горизонт диатомовых не содержит.
В верхнем горизонте количество морских и солоноватоводных видов возрастает. Кроме отмеченных в нижнем горизонте, здесь обнаружены: Thalassiosira gravida Cl., Chaetoceros sp., Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., Grammatophora sp., Diploneis didyma (Ehr.) Cl., D. marginestriata Hust. По количеству пресноводные и пресноводно-солоноватоводные диатомовые преобладают над морскими.
Весь комплекс диатомовых и особенно увеличение числа морских и солоноватоводных форм хорошей сохранности, свидетельствуют о накоплении осадков в опресненном морском бассейне. Присутствие Cyclotella comta (Ehr.) Ktz., Eunotia praerupta Ehr., Navicula amphibola Cl., Pinnularia lata (Breb.) W. Sm. и др., указывает на холодный температурный режим водоема. Состав спор и пыльцы также свидетельствует о том, что осадкообразование происходило в условиях холодного и влажного климата.
Морские и солоноватоводные диатомовые были обнаружены во всех разрезах поверхностных отложений, вскрытых к северу от р. Шуи, между озерами Вагат-озером и Сям-озером. Наиболее интересным в отношении состава диатомовых является разрез песков и супесей, перекрытых торфом, лежащий на абсолютной высоте 98,0 м, близ с. Рубчайлы. В минеральных осадках с глубины от 8,0 до 11,0 м диатомовая флора бедна видами. Самой высокой оценкой «нередко» отмечена только Меlosira islandica subsp. helvetica О. Müll. С оценкой «редко», до 20 форм в пробе, встречены морские Melosira sulcata (Ehr.) Ktz., Grammatophora oceanica (Ehr.) Grun., и пресноводная Opephora Martyi Herib. Кроме этих форм из представителей солоноватоводно - морской группы с оценкой «единично» отмечаются Grammatophora arcuata Ehr., Cocconeis scutellum Ehr., Diplones Smithii (Breb.) Cl., Nitzschia navicularis (Breb.) Grun., N. punctata (W. Sm.) Grun., Campylodiscus clypeus Ehr., C. echeneis Ehr. В составе флоры присутствуют холодолюбивые формы: Melosira scabrosa Oestr., Navicula amphibola Cl., Pinnularia borealis Ehr., P. lata (Breb.) W. Sm. и др.
В пробе торфа определено 64 вида и разновидностей пресноводных диатомовых преимущественно холодолюбивых.
К сожалению, пыльцевой анализ дал мало выразительные результаты, не позволяющие судить о характере климата времени формирования этих осадков в данном разрезе. Этот пробел в значительной мере компенсируется материалами по разрезу, вскрытому бурением в десяти километрах к югу от с. Сям-озеро, приуроченному к той же аккумулятивной равнине, сложенной осадками водного происхождения, как и вышеописанные слои. Как видно на диаграмме (рис. 5), нижняя песчаная часть толщи характеризуется холодным спектром. Некоторое потепление наступает лишь в период образования верхнего глинистого слоя. Содержание диатомовых в осадках этого разреза не велико - от 1 до 6 форм в пробе и только на глубине 2,0 м встречено шестьдесят три вида, 28% из числа которых представлены морскими и солоноватоводными.
В заключение описания фактического материала следует сказать, что наряду с детальным изучением поверхностных отложений исследовались и более глубокие слои четвертичных отложений Онежско-Ладожского водораздела.
В районе между озерами Святозером и Ведлозером, включая среднее течение р. Важинки, были пробурены глубокие структурные скважины, вскрывшие четвертичные отложения на глубину до ста метров. В результате установлено сложное, многослойное чередование ледниковых и межледниковых осадков водного происхождения. Е.А. Черемисинова, изучавшая диатомовые из образцов керна этих скважин, морские виды обнаружила только в одном пункте, в верхней межледниковой толще у с. Верхне-Важинского, в среднем течении р. Важинки, за пределами границ площади, показанной на рис. 1. В своем заключении она отмечает, что остатки морской флоры обнаружены лишь на глубине 13,0-13,5 м. В состав комплекса входят: Thalassiosira gravida Cl., Actinoptichus undulatus (Bail.) Ralfs., Coscinodiscus curvatulus v. minor Ehr.) Grun., C. sp., Chaetoceros Clevei Schutt, Ch. mitra (Bail.) Cl., споры Chaetoceros, Rhabdonema arcuatum (Lyngb.) Ktz., Rh. arcuatum v. robusta (Grun.) Hust., Thalassionema nitzshioides Grun., Distephanus speculum (Ehr.) Haeckel, Dictiocha fibula Ehr., Grammatophora sp. Солоноводные Campylodiscus echeneis Ehr. Пресноводные и пресноводно-соловодные: Melosira arenaria Moore, M. scabrosa Ostr., Diploneis elliptica (Ktz.) Cl., Pinnularia sp. sp. и неопределимые обломки из кл. Pennatae. Все морские, солоноводные и солоновато-водные формы встречаются с оценкой «единично» и только Thalassiosira gravida Cl. (споры) с оценкой - «часто». Е.А. Черемисинова обращает внимание на то, что в осадках, залегающих выше и ниже описанного слоя, морские диатомовые полностью отсутствуют и лишь на глубине 9,0-9,5 м обнаружены единичные пресноводные формы. Морена, покрывающая межледниковые отложения, в этом разрезе диатомовых вообще не содержит. Из приведенных выше материалов, характеризующих надморенные водные осадки, видно, что в нижних частях разрезов морские диатомовые обнаруживаются редко. Отсутствие диатомовых в верхней морене и озерно-ледниковых отложениях, подстилающих толщу, заключающую остатки морской флоры, констатировали Б.Ф. Земляков и И.М. Покровская [1941], а также финские геологи, проводившие здесь исследования в сороковых годах. Приводимые данные полностью исключают возможность занесения морских диатомовых в поверхностные отложения из нижележащих морских межледниковых отложений.
Все эти факты свидетельствуют о морском происхождении поверхностных безвалунных осадков, широко распространенных в наиболее высоких частях Онежско-Ладожского водораздела. Новые разрезы в значительной мере дополняют материал о границах распространения морского пролива, тем более, что они приурочены к району, где в озерах пока не обнаружена реликтовая морская фауна.