?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Картина Репина или картина маслом, но, всё же, картина Перова Василия:
Делёж наследства в монастыре

Оригинал взят у kalakazo в Как это было...
2 января – очередная годовщина со дня преставления
кронштадтского протоиерея Иоанна Сергиева.
О том, что не вошло (и никогда не войдет)
в житие святого праведного отца Иоанна –
скрипты из дедулькиного цикла Кронштадтский пастырь,
основаны они на точных выписках из личного архива
честнаго протопопа Иоанна Сергиева:


Завещание Иоанна Кронштадтского
14 июля, 2013

Сам кронштадтский протоиерей Иоанн Сергиев
к своему земному уходу
готовился заранее и весьма тщательно.
Привожу писанное его рукою
завещание протопопа Иоанна Сергиева от 13 сентября 1907 года:

"ЗАВЕЩАНИЕ. Во Имя Отца и Сына и Св.Духа. Аминь.

Чувствуя приближение конца моей земной многострадальной жизни, я решил написать краткое завещание во первых о себе, прося всех присных моих молиться кому как Бог на душу положит - о душе моей, да простит он мне Многомилостивый, все прегрешения мои вольные и невольные, коя повергаю в бездну милосердия Его; а во-вторых - о вещах и деньгах, имеющих остаться по кончине моей. К вещам прежде всего относятся иконы, коих у меня было и есть очень много, благодаря пожертвованиям любящих меня; из этих икон прошу племянника моего Ивана Васил.Фиделина, по указанию жены моей Елизаветы Константиновны, отправить часть на родину в Суру всем родным моим и в Верхние Митгоры сестре моей Анис Ильиничне; затем следуют книги = библиотека моя богословская отчасти философская и историческая ее передать,т,е, переслать летом в Суру, в церковную библиотеку Сурского прихода для пользования грамотных прихожан. Их газет, коих я получал много, выбрать все Московские ведомости, глубоко мною уважаемые, за их правдивость, прямоту, патриотизм, за глубокое знание всех нужд отечества, за религиозное направление и преданность церкви православной, и отослать их в Сурскую библиотеку и хранить вместе с книгами, под особым отделом; кресты, ковшички сребропозлащенные лжицы передать в Сурское подворье в Архангельске. Подрясники и ряски разделить моим родным и свойственникам священникам Орнатскому Афонасьеву (Архангел губ, Лингостров), Сурским священникам и диакону; Монастырскому о.Маккавееву и диакону. Деньги в числе десять тысяч оставляю жене для прожития её до кончины своей.

Преосв.Викар.Кирилла: Соборную братию и всех желающих помолиться о душе моей, [ Для отпевания-зачеркнуто ] панихид пригласить для отпевания высокопреосвящен. Митрополита,[а для, панихид викария /вместе и отпевания/ Викарию дать за труды триста руб.- зачеркнуто ], соборному причту 500 рублей. Для сорокоуста 400 руб. Это завещание прошу скрепить своею подписью свидетелей -соборный причт, а Г.Нотариуса прошу вписать нотариальным порядком в книгу. Ордена мои Анненский 1 ст. Владимирский 2ст. со звездой и Александровский со звездой - отправить в Архангельск в Сурское подворье и хранить их, как знак Монаршей милости в ковчежце под стеклом сверху, на намять. Прошу всех, с кем имел соприкосновение, простить мне во всем, в чем кого либо оскорбил волен или неволей, намеренно или ненамеренно, или порыве гнев, - ибо я человек грешный, подверженный всяким грехам, которые да простит мне Господь по своему безмерному милосердию.

Книги мои печатные (проповеди и другие) разделить частью между братьями Фиделиными (проповеди и другие, печатанные в Петербурге, передать Иоанновскому Монастырю,- Завещатель Протоиерей Андреевского Собора, Иоанн Сергиев 13 сент.1907г.

Подписи:14сентября 1907года

Священник Кронштадтского Андреевского Собора Николай Васильевич Петровский, Что это духовное завещание собственноручно написано и подписано завещателем Протоиереем Андреевского Собора Иоанном Сергиевым, находящемся в здравом уме и твердой памяти, в том свидетелем был и руку приложил Помощник Завещателя Протоиерей Кронштадтского Андреевского собора Александр Попов 19 сект. 1907г. [Исправлено: "Анненский" и "это" и вписано:" 1907" С подлинным верно Секретарь [Подпись - не разб.]

Приложение к завещанию:
В случае кончины своей завещает в полную собственность жене своей Елизавете Константиновне Сергиевой все домашние вещи и все движимое имущество без исключения, кроме нижепоименованного, т.е. домашней его, завещателя, библиотеки, которую завещает племяннику своему служащему в Кронштадтской таможне Ивану Васильевичу Фиделину с тем, что те из них, которые он найдет нужным для себя отослать бы в Веркольский монастырь Пинежского уезда, а также ему, Феделину завещает некоторые вещи из его завещателя одежды, по усмотрению жены; подрясники своя просит жену свою передать крестникам Прасковьи Ивановны Ковригиной и Евлампии Петровне Шляпниковой и вдове рядового Анне Герасимовой.

Следует удостоверение Нотариуса о порядке совершения акта и подписи: завещателя протоиерея Иоанна Ильича Сергиева, свидетелей.: Алексея Константиновича Павловского, Ивана Федоровича Польянова и Петра Васильевича Гарбко и Кронштадтского Нотариуса' Е.Козлянинова.

Явка Нотариуса Козлянинова 1879 года 30 апреля по реестру №678

Исправлено: "Пальянова" и вписано "Явка Нотариуса Козлянинова" С подлинным верно Секретарь.(Подпись - не разб.)".
http://kalakazo.livejournal.com/1162502.html


Широта натуры...
14 июля, 2013

Приведенное завещание Иоанна Кронштадтского
от 13 сентября 1907 года
было отменено другим завещанием,
составленным 19 декабря 1908 года
за день до смерти протопопа Иоанна Сергиева,
и писано оно уже было "женскою рукою":

"Выпись из третьей части актовой книги Спб Нотариуса Николая Генриховича Гугеля для актов не относящихся до недвижимого имущества за 1908г.
Стран.48Ш7.
Тысяча девятсот восьмого года декабря девятнадцатого дня прибыл я, Николай Генрихович Гугель, Спб Нотариус, имеющий контору Московской части, по Невскому проспекту по приглашению к известному мне лично к совершению актов законную правоспособность имеющему Протоиерею, настоятелю Кронштадтского Андреевского Собора Иоанну Ильичу Сергиеву, в место его жительства в г.Кронштадте в доме Андреевского собора, где он в присутствии известных мне лично, удовлетворяющих требованию 1054ст.т.X, ч.13ак, Гр.,свидетелей:

Старшего Ординатора Николаевского Морского Госпиталя в Кронштадте доктора медицины коллежского советника Афанасия Александровича Сухова,
Спб 2г.купца Василия Павловича Крутова, Новгородского 2г.купца Арсения Андреевича Забелина и крестьянина Ярославской губернии Мологского уезда, Станиловской волости Василия Абрамовича Корнеева,

Живущих: 1-й в г.Кронштадте по Красной улице в д.Туркина,

2-й в Спб, по Гороховой ул. д.54,

3-й в Спб, по Калашниковой наб. в д.52

и 4-й в г. Кронштадте по Андреевской ул, в д.Коноваловой, объявил мне, что совершает на случай смерти своей духовное завещание следующего содержания:

Во Имя Отца и Сына и Св.Духа. Я, протоиерей, Иоанн Сергиев, находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю все принадлежащее мне движимое имущество в деньгах, вещах и иконах, за исключением лишь нижеозначенного, в собственность Иоанновского женского монастыря, находящегося в Спб по набережной реки Карповки. Для приведения в исполнение воли моей выраженной в этом духовном завещании, душеприказчицей назначаю и прошу быть игумению Иоанновского Монастыря Ангелину. Из принадлежащего мне капитала десять тысяч руб. должны быть внесены душеприказчицей в Государственный или иной Банк для выдачи нарастающих на эту сумму процентов жене моей Елизавете Константиновне Сергиевой, Если же душеприказчица признает нужным выдать жене моей и капитал, то предоставляю это всецело на ее усмотрение и даю ей право получать для этой цели из банка как проценты, так и капитал, но прошу ее выдавать капитал жене моей лишь частями в виду ее болезненного состояния и преклонного возраста. Если после смерти жены моей останутся эти десять тысяч руб. или часть этой суммы, то все оставшееся должно быть разделено поровну между Анной Константиновной Цветковой, Елизаветой Григорьевной Родионовой и Шемякиными Николаем Николаевичем и Руфиной Григорьевной.
Причту Андреевского Собора в Кронштадте должно быть выделено триста рублей за труды по отпеванию и за служение панихиды и пятьсот руб. за сорокоуст. Прошу душеприказчицу вознаградить всех вообще потрудившихся при отпевании тела моего и служении панихид и издержать сколько потребуется на похороны мои. Размер вознаграждения и расходов предоставляю определить душеприказчице.
Душеприказчицу мою прошу: передать жене моей две новых моих шубы, отдать по ее выбору некоторые ряски, подрясники и мелкие предметы одежды священнику Михаилу Константиновичу Афанасьеву - родственнику Фиделиных, отдать бархатные рясы и подрясники Руфине Григорьевне и Николаю Николаевичу Шемякиным и передать белье мое священнику Иоанновского Монастыря Иоанну Орнатскому или разделить между Орнатским [,] Н.Н Шемякиным и Иваном Васильевичем Фиделиным, если последние двое или кто либо из них пожелают что либо взять. Митры мои, находящиеся в Андреевском Соборе, завещаю в собственность собору для хранения в ризнице.

Проект этого духовного завещания читан завещателю отцу Иоанну Сергиеву в присутствий поименованных свидетелей и по одобрении им проекта и удостоверении, что он понимает смысл и значение этого акта и желает его по доброй воле совершить, внесен в актовую книгу, из которой вновь прочитан тем же порядком при свидетелях. Выпись на гербовом листе ценою в один руб. двадцать пять копеек, следует выдать завещателю для предоставления таковой его наследниками в годовой со дня его смерти срок в подлежащий Окружной Суд для утверждения к исполнению. Протоиерей Иоанн Сергиев, а за него не могущего писать по болезни и слабости росписалась по его личной просьбе дочь подполковника Вера Ивановна Перцова.

При совершении этого духовного завещания свидетелями были и удостоверяем, что завещатель Иоанн Ильич Сергиев находился в состоянии полного сознания и что завещание это подписано по его просьбе Верой Ивановной Перцовой.
доктор медицины Коллежский Советник Афанасий Александрович Сухов.
Новгородский 2 гильдии купец Арсений Андреевич Забелин. Василий Абрамович Корнеев.
Спб второй гильдии купец Василий Павлович Крутов.
Нотариус Н.Гугель.

Выпись эта, слово в слово сходная с подлинным актом, внесена в реестр 1908 года под № 0243. выдана завещателю Иоанну Ильичу Сергиеву 19 декабря 1908.
Нотариус Н.Гугель (МП.) С подлинным верно.

Подпись Секретаря [Подпись - не разб.]".

P.S. Помимо "женской руки" в новое завещание вкралось и чисто бабское крохоборство:
из четырех шуб завещано болящей супруге всего две,
и "... но прошу ее выдавать капитал жене моей лишь частями
в виду ее болезненного состояния и преклонного возраста" –
знаменитая "широта натуры" Ивана Ильича
отсутствует в новом завещании напрочь..."
http://kalakazo.livejournal.com/1163000.html


Подлог или экспроприация?
14 июля, 2013

Подробности появления на свет Божий нового завещания,
составленного в тот самый день,
когда Иван Ильич Сергиев находился
уже в полном беспамятстве,
изъясняет другая бумага
из открывшегося в 1909 году
в министерстве Юстиции
уголовного дела
в связи с подлогом
и подменой подлинного завещания на липовое:

"Министерство Юстиции Дело

Справка о завещании протоиерея Ивана Ильича Сергиева, от 2 янв. 1909.

18 декабря 1908 г. какая-то женщина, явившись в контору Кронштадтского Нотариуса Павлова, обратилась к последнему с вопросом, может ли он совершить больному о. И.Сергиеву Кронштадтскому духовное завещание. Имея сведения, что протоиерей Иоанн Сергиев настолько тяжело болен, что по временам впадает в бессознательное состояние, Нотариус отклонил выраженное таким путем приглашение его к больному для составления духовного завещания и неизвестная женщина удалилась. На следующий день, вечером, к тому же Нотариусу явились сначала церковный староста Андреевского собора Яков Марков, а затем племянник протоиерея И.Сергиеева Николай Шемякин, которые сообщили, что приехавший из Спб Нотариус, не смотря на бессознательное состояние протоиерея И.Сергиева, совершил от имени последнего духовное завещание, подписанное дочерью подполковника Верой Перцовой, которая заведывала перепиской больного и называла себя секретарем его. Из опроса Маркова и ключаря Андреевского Собора протоиерея Александра Попова выяснилось, что, когда они явились 19 декабря, вечером, в квартиру Иоанна Сергиева, там оказались: игумения Иоанновского Монастыря Ангелина, Спб Нотариус Гугель, купец Василий Крутов и владелец спичичной фабрики в Спб Забелин, причем Крутов и Забелин, выйдя с Нотариусом из комнаты больного, заявили Маркову, что они вызваны из Спб

2л.

телеграммой для участия в составления духовного завещания Иоанна Кранштадтского. Затем Нотариус, сев за стол, стал вписывать содержание какого-то документа в книгу. Догадавшись, что это духовное завещание, протоиерей Александр Попов поинтересовался узнать, рукою ли больного оно написано, на что присутствовавшая при этом Вера Перцова ответила: " Должно быть что рукою", но бывшая в той же комнате неизвестная Попову женщина, взглянув на этот документ, заметила, что он написан женской рукой. После этого протоиерей Попов вошел в комнату больного, который, по его словам, находился в забытьи и не сознавал совершавшегося вокруг него. Поцеловав руку больного, Попов возвратился обратно, после чего игумения Агелина и пользовавший Иоанна Сергиева доктор Сухов предложили ему принять участие в подписании духовного завещания, но Попов и церковный староста Марков, видя, что завещание составляется от имени больного, который по их мнению, в то время был без сознания, поспешили удалиться, причем Марков, возмущенный всем происходившим, заявил по адресу составителей завещания, что они совершают экспроприацию.

20 декабря в восьмом часу утра протоиерей Иоанн Сергиев скончался. По словам протоиерея Попова и церковного старосты Маркова, бывш. главный начальник Кронштадта генерал-адъютант Иванов, посетив 17 декабря протоиерея Иоанна Сергиева нашел,[что] сознание у него в значительной степени было помрачено. Затем 19 декабря в пять часов утра причащавший больного протоиерей Попов застал его в бессознательном состоянии, при чем Иоанн Сергиев не только не говорил, но даже не мог глотать, а в 11 утра, по словам Маркова, он неподвижно полулежал с закрытими глазами, несмотря на оклики и предлагаемые ему вопросы. Между тем пользовавший Иоанна Сергнева доктор Сухов объяснил, что больной во время составления духовного завещания был в сознании, при чтении первых слов завещания перекрестился и затем, соответственными движениями головы одобрял содержание завещания, По словам Сухова, он присутствовал лишь при чтении и подписании завещания, которое было написано раньше, но кем и когда, ему неизвестно. Когда чтение завещания было окончено, Иоанн Сергиев, на предложение подписать его, взял перо, но мог написать слово "протоиерей", остальную же подпись его сделала Вера Перцова. К этому Сухов добавил, что Иоанн Сергиев умер от старческого маразма.

При описи имущества покойного, которая еще не закончена, между прочим было найдено около 10.000 руб. наличными деньгами и написанное рукою домашнее духовное завещание от 13 сентября 1907 года, по которому капитал в сумме 10.000 рублей поступает в собственность жены завещателя, а иконы, кресты и другие подобные предметы должны быть отосланы на родину его в Архангельскую губернию".
http://kalakazo.livejournal.com/1163066.html


Опись имущества
15 июля, 2013

20 декабря 1908 года, в день смерти кронштадтского пастыря,
когда сам он находился в предсмертной агонии,
из его квартиры – из пакета,
возлежавшего на его письменном столе,
пропали 50 тысяч рублей,
о чем написали "Петербургские ведомости":
"Об этой пропаже все говорят
во дворе церковного дома, где проживал покойный.
Причем никто из посторонних в квартире не находился..."
И была составлена опись имущества Иоанна Сергиева
по новому завещанию,
писаному за день до смерти,
распорядительницей коего
являлась настоятельница Иоанна-Рыльского монастыря,
что на Карповке,
игумения Ангелина.
После смерти Иоанна Кронштадтского
в его квартире было найдено и оценено следующее:
Наличные деньги – 13 000 рублей
Процентные бумаги – на 69 рублей
Золотые монеты – 125 штук
Золотые и серебрянные пуговицы – 70 штук на 125 рублей
Ордена и медали – 30 штук на 590 рублей
Золотые цепочки – 8 штук на 202 рубля
Наперсные золотые кресты с украшениями и драгоценными камьнями –
28 штук на 434 рубля
Часы золотые – пять штук на 262 рубля
Иконы в серебрянных и золотых окладах – 89 штук на 4 447 рублей
Церковная утварь – 146 штук на 1211 рублей
Евангелия в золотых и серебрянных окладах – 19 штук на 547 рублей
Подстаканники серебрянные – 96 штук
Ложки серебрянные – 34 штуки
Альбомы в серебрянных окладах – 38 штук
Полотняные рубашки – 342 штуки
Кальсоны – 124 пары
Шелковые носки – 281 пара
брюки – 31 пара (четыре пары на пуху)
Сапоги – 53 пары
Туфли – 18 пар
Шляпы – 30 штук
Галстухи – 34 штуки
Подрясники – 41
Рясы муаровые – 31
Посохи и зонты – 11 штук
Меховые шубы – 4 штуки"
http://kalakazo.livejournal.com/1163360.html


Ловкость рук и никакого мошенства...
15 июля, 2013

Уголовное дело по поводу "подлога завещания"
Иоанна Кронштадтского,
заведенное на игумению монастыря на Карповке Ангелину,
в миру Анну Семеновну Сергиеву –
близкую сродницу протопопа Иоанна Сергиева,
было замято и быстро сошло на нет:
слишком Высоко и Далеко Преосвященные
оказались ея покровители и прямые благословители,
а именно, первенствующий член Священного Синода –
митрополит Санкт-Петербургский Антоний Вадковский.
Именно он благословил
подделать завещание Ивана Ильича так,
чтобы все имущество кронштадтского пастыря
оказалось в собствености Питерской епархии.
И более того, в ходе
предварительного уголовного расследования
выяснилось, что была сфальсифицирована
и воля покойного Иоанна Сергиева,
якобы ещё в 1904 году
ходатайствовавшего пред Победоносцевым
о своем желании
быть похороненным
в Иоанновском монастыре.
На самом-то деле, Иоанн Сергиев желал
мощами своими возлечь
у себя на родине – во взлелеянном им
Сурском монастыре.
Однако, благодаря ловкости духовных дланей
и некоторых чудеситых манипуляций,
мощи великого чудотворца
не отбыли с миром
в Архангелогородскую епархию,
а остались почивать в Петербурге..."
http://kalakazo.livejournal.com/1163572.html


Оценка – уценка...
16 июля, 2013

Достопочтенный consistory в описи имущества,
оставшегося в наследство от Иоанна Кронштадтского
игумении Ангелине Сергиевой,
обратил внимание на совершенную
оценочную стоимость церковных реликвий,
фактически уцененных
по сравнению с реальной их ценою,
в десятки раз:
"«Наперсные золотые кресты с украшениями и драгоценными камнями – 28 штук на 434 рубля» ?????????
По всему видать, батюшка носил кресты из «цыганского» золота, или, все приличное было разворовано и роздано еще при его жизни. У меня есть каталог магазинов церковных товаров Оловянишникова того же периода, так там минимальная стоимость вполне обыкновенного по качеству и дизайну, массово тиражируемого наперстного креста с украшениями, начинается от 870 рублей. Но, это модели выполненные из золота, а есть в том же каталоге и качественные «имитации» из золоченого томпака и нейзильбера, стоимость которых начинается от 160 рублей. В каталоге представлены модели из золота, инкрустированные драгоценными камнями за 2700 рублей но, они в сравнении с теми шедеврами ювелиров, что я вижу на фотографиях батюшки – выглядят весьма бледно..."
http://kalakazo.livejournal.com/116​3360.html?thread=16231776#t16231776
Причины таковой оценки-уценки он видит следующие:
"Могу предположить две версии происшедшего:

Версия 1 – завещания в дореволюционной России были не всегда безусловным указанием к действию и иногда оспаривались. Здесь есть одна тонкость, а именно то, что никто не знал на момент смерти батюшки, какие «подснежники» могла таить его «кредитная история». В те годы были нередки случаи, когда к душеприказчикам (в нашем случае – Иоановский монастырь), после кончины человека приходили его заимодавцы (кредиторы) и обращали взыскание на оставшееся имущество покойного. Здесь они могли рассчитывать только на ту часть имущества, которая была известна и показана в завещании. При этом по законам Империи, взыскание не могло быть обращено на имущество религиозного назначения (богослужебные предметы и утварь) переданное по завещанию покойного и включенное в описи храмовых ризниц. В этом случае, заимодавцы могли рассчитывать на получение лишь денежной компенсации (указанной в описи стоимости вещей) на основании ранее проведенной оценки данных предметов. То есть, в нашем случае могла иметь место некая чудовищная «схема» оптимизации расходов по выплатам, на случай, если бы вскрылось, что батюшка при жизни наделал долгов…

Версия 2 – имело место банальное присвоение средств и вещей покойного, попросту говоря – кража. Присутствующие при оформлении завещания, вступив
в предварительный сговор с оценщиком, «распилили» наследство, уценив его донельзя и переведя указанные в описи предметы в разряд «малоценного и изнашивающегося имущества»..."
http://kalakazo.livejournal.com/116​3360.html?thread=16237152#t16237152

http://kalakazo.livejournal.com/1163917.html


Смерть Ивана Ильича...
16 июля, 2013

Повесть Льва Толстого "Смерть Ивана Ильича" от 1886 года –
один из самых страстных и пафосных диалогов
великого русского писателя
с его главным оппонентом – матушкой Смертию.
Смерть, как земную данность,
Лев Николаевич не мог принять:
он её, не скрываючись, боялся
и вел с ней нескончаемо творческий монолог.
"Смерть Ивана Ильича" – первый опыт в мировой литературе
о неизбежной лжи и неправде,
сопровождающих каждую человеческую кончину:
"Главное мучение Ивана Ильича была ложь, – та, всеми почему-то
признанная ложь, что он только болен, а не умирает, и что ему надо только
быть спокойным и лечиться, и тогда что-то выйдет очень хорошее. Он же знал,
что что бы ни делали, ничего не выйдет, кроме еще более мучительных
страданий и смерти. И его мучила эта ложь, мучило то, что не хотели
признаться в том, что все знали и он знал, а хотели лгать над ним по случаю
ужасного его положения и хотели и заставляли его самого принимать участие в
этой лжи. Ложь, ложь эта, совершаемая над ним накануне его смерти, ложь,
долженствующая низвести этот страшный торжественный акт его смерти до уровня
всех их визитов, гардин, осетрины к обеду... была ужасно мучительна для
Ивана Ильича. И - странно - он много раз, когда они над ним проделывали свои
штуки, был на волоске от того, чтобы закричать им: перестаньте врать, и вы
знаете и я знаю, что я умираю, так перестаньте, по крайней мере, врать...
Эта ложь вокруг него и в нем самом более всего отравляла последние дни жизни
Ивана Ильича..."
http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaew​ich/text_0136.shtml
Смерть главного церковного врага Льва Николаевича,
протопопа Ивана Ильича Сергиева,
разительно схожа с уходом литературного Ивана Ильича:
её тоже и в ещё большей степени
сопровождали как ложь, лицемерие, злоковарство
и даже самая банальная уголовщина
со стороны как духовных лиц,
так и самых ему духовно присных особ.
Ближайшие следствия этой лжи –
присвоение имущества и самого чудотворного телесе
кронштадтского чудотворца
и оставление тяжело болящей водянкой протопопьей вдовы
безо всяких средств к существованию.
Чуть отдаленные, всего на девять лет,
богоборно-погромный ураган,
сметавший и самих госпожей Соврамши,
и само изолгавшееся изнутри
русское православие..."
http://kalakazo.livejournal.com/1164265.html